Как создали бумажную промышленность в Беларуси
Статьи
563

Как создали бумажную промышленность в Беларуси

2018-06-27

Как помещики и купцы создали бумажную промышленность в Беларуси, почему они не любили финнов и кто в числе первых в Российской империи ввел 8-часовой рабочий день, — в совместном исследовании TUT.BY и Universal Press бумажного бизнеса в дореволюционной Беларуси.

Применение древесной массы для производства бумаги, а в 1870 и 1880 годах, соответственно, изобретение сульфитного и сульфатного способов получения целлюлозы приводит к мировой революции в бумажной промышленности. Не остаются в стороне от нее помещичьи и купеческие фабрики Российской империи.

Спрос на бумагу огромен. В ней нуждаются многие отрасли промышленности. Например, расцветающая параллельно сахарная индустрия. Сахар на оптовом и розничном уровне в то время фасуют в специальные бумажные кули. Бумага необходима для производства спичечных коробок, просто как писчая и печатная. Из специальной бумаги, для приготовления которой используют тряпье, изготавливают акции и облигации. Железнодорожное, банковское и промышленное грюндерство 1870-х годов порождает громадный спрос на бумагу такого качества.

В 1911 году совокупный объем бумаги, вырабатываемой российскими фабрикантами из целлюлозы, древесной массы, тряпья и соломы, вырастает до 14,5 млн пудов. Чуть более 26% в общей массе приходится на оберточную, 19% — на печатную, 17% — на писчую и почтовую и 14% — на цветную бумагу. Фабрики выпускают также картон (7%), мундштучную (5%) и обойную (2%) бумагу.

Фото: pastvu.ru
Добрушская писчебумажная фабрика князей Паскевичей. Фото: pastvu.ru

Это — не самые передовые пропорции: почти треть производства приходится на низкокачественную оберточную продукцию. В соседней Германии, например, на первом месте находится печатная бумага (40% от всего объема). Но германская бумага, отгороженная от российского рынка таможенными пошлинами, не является проблемой для фабрикантов севера, северо-запада и прибалтийских губерний империи. Серьезная проблема для них — мощные фирмы, располагающиеся номинально на территории Российской империи, но реально работающие по собственным экономическим правилам в Великом княжестве Финляндском. В 1911 году финны, имеющие свободный доступ на рынок от Архангельска до Карса и от Варшавы до Харбина, реализуют на российском рынке 2 млн пудов высококачественной бумаги. Бренды «АО И. К. Френкель и Сын» из Таммерфорса (совр. Тампере), «Таммерфосского АО», выборгской бумажной фабрики «Торнатор», картонных фабрик «Кюммене» и «Лиллиус и Херуберг» хорошо известны не только в Российской империи, но и во всей Европе.

Заводики и фабрики, выпускающие древесную массу, толь, картон, бумагу всех сортов, обои, конверты, в конце XIX-начале XX веков работают чуть ли не в каждом приходе Великого княжества Финляндского. В частности, в приходе Бирикала Тавастгусской губернии (финское и современное название Тавастгуса — Хямеэнлинна) размещается бумажная фабрика «АО «Нокиа». Общество названо по одноименной железнодорожной станции. Этот будущий мировой гигант на рынке телекоммуникационного оборудования через своего представителя в Вильно в том числе «усложняет» будни бумажных фабрикантов Могилевской, Витебской, Минской и Виленской губерний.

В конце XIX — начале XX веков в их пределах формируется еще один из важнейших имперских центров по производству бумажной продукции. Местные помещики и купцы достаточно умело используют локальные конкурентные преимущества. Они задействуют богатую ресурсную базу из тряпья, древесины и соломы и не пренебрегают насыщенностью железнодорожными верстами, что позволяет экономить на упаковке по сравнению с продукцией, перемещаемой гужевым транспортом. Инвесторы в бумагу умело находят применение силе воды — это дополнительная экономия на дорогом топливе и дорогостоящем энергетическом оборудовании. Наконец, они эксплуатируют достаточно толерантную рабочую силу, готовую трудиться больше, чем где бы то ни было в других частях империи: согласно данным специального исследования, в 1911 году на бумажных фабриках Северо-Западного края трудовой год состоит из 334 дней, в привисленских губерниях — из 329, в юго-западных — из 320.

В итоге перед войной две фабрики северо-западного региона — добрушская и шкловская — входят в топ-15 лидеров отрасли в Российской империи (без учета Финляндии), а за ними в первой тридцатке располагаются бумажные производства в Смолянце и контролируемая гомельским купечеством суражская фабрика.

Княжеское дело

Примерно половину объемов бумаги в белорусских губерниях делают помещичьи фабрики, вторую — купеческие предприятия.

Бумажное производство — традиционная сфера вложений средств предприимчивых представителей дворянского сословия. Фабрики открываются вблизи крупных лесных массивов, основными владельцами которых является самое привилегированное сословие страны.

Один из самых богатейших и инициативных землевладельцев Витебской губернии Викентий Володкович инвестирует в бумажную фабрику «Скина», расположенную в его имении Смолянец на Лепельщине. Она начинает в 1886 году с картона, а потом переходит на выпуск цветной, обойной и мундштучной бумаги. Перед войной с объемом производства в 800 тыс. рублей «Скина» уступает только предприятиям в Добруше и Шклове, ее продукция продается в Минске, Гомеле, Москве, Киеве, Вильно и Варшаве.

В имениях Хотимск (Чериковский уезд), Новые Волоки (Игуменский уезд) и Рожанщина (Лепельский уезд) производством картона занимаются, соответственно, помещики К. Голынский («Товарищество «Марина»), Иван Корженевский (фабрика «Янина») и Сергей Сементовский-Курило. Достаточно крупное картонное производство в имении Куль, находящемся близ станции Негорелое Московско-Брестской железной дороги, основывает его владелец прусский инженер Яков Диллениус. После смерти помещика в имении и на заводе хозяйничает его вдова Мария Новикова. Она обеспечивает себе и своей дочери Наталье неплохую прибыль. Несколько крупных с помещичьими корнями фабрик работает на территории Литвы и в Двинском уезде Витебской губернии.

Ни одно из вышеперечисленных производств не может сравниться с проектом родоначальника бумажной отрасли в белорусских губерниях князя Федора Паскевича. Один из самых титулованных сановников империи, светлейший князь Варшавский и граф Эриванский стоит у истоков самого крупного бумажного производства Беларуси — Добрушской писчебумажной фабрики.

Фото: gp.by, использован материал из книги Елены Жерихиной «Частные дворцы Санкт-Петербурга», Спб., 2016
Чета Паскевич. Фото: gp.by, использован материал из книги Елены Жерихиной «Частные дворцы Санкт-Петербурга», Спб., 2016

Федор Паскевич — баловень судьбы. Его отец, генерал-фельдмаршал Иван Паскевич, победитель персов, венгров и поляков, к своей кончине в 1856 году обеспечивает сына не только титулами, но и значительными денежными и земельными ресурсами. В «северной столице» недалеко от Правительствующего сената по улице Галерной находится элитный особняк Паскевичей. Паскевичи живут в нем, но почти столько же времени проводят в белорусском Гомеле. В нем княжеской семье принадлежит старая его половина вместе с дворцово-парковым комплексом, построенным бывшими владельцами Гомеля Румянцевыми. Кроме этого, в Гомельском уезде Паскевичи владеют более 90 дачами, фольварками, имениями, хуторами с пахотной землей и лесными угодьями.

В их числе находится и небольшое село Добруш. Тут в 1870 году князь по примеру многих помещичьих предпринимателей закладывает древесно-массный завод. С древесной массой, однако, он прогадывает. Финские фабрики, находящиеся в непосредственной близости от главного центра писчебумажного производства, С.-Петербургской губернии, прочно утверждаются в этой нише. Тогда князь приобретает английское оборудование и в 1872 году открывает в Добруше бумажную фабрику.

В этом же году фабрика Паскевича выдает свою первую продукцию — сахарную, спичечную и оберточную бумагу, в следующем году приступает к выпуску писчей и печатной бумаг. В конце XIX — начале XX веков специализацией фабрики станет производство писчей, почтовой и книжной бумаги, будет также выпускаться мундштучная бумага.

Писчебумажный магазин в С.-Петербурге. Фото: pastvu.ru

Добрушская фабрика за короткий срок ворвется в число ведущих писчебумажных производств России, тесня старые акционированные рижскую, угличскую и говардовскую мануфактуры и фабрики петербургского региона (Печаткина, Паллизена, Варгуниных, Наумана). Но на вопросы, как и куда идти дальше, чтобы закрепить этот успех, у Федора Паскевича ответов не имеется. И в 1877 году он приглашает в компаньоны группу петербургских купцов и акционирует предприятие.

Первый акционер

Председателем правления образованного в 1877 году «Товарищества Добрушской князя Паскевича писчебумажной фабрики» становится Александр Наровльский, директором — Арсений Плотников, а возглавляет фабрику инженер-технолог Антон Стульгинский. «Товарищество Добрушской фабрики» становится первым в промышленности дореволюционной Беларуси акционерным предприятием.

Пайщики добрушской фабрики приступают к реализации плана по выводу ее в число лидеров отрасли. Во-первых, они расширяют сырьевую базу. Первоначально фабрика ориентируется на древесную массу, которая в значительном количестве завозится из Финляндии, и на местные накопления тряпья. Пайщики начинают переработку и соломы. Ее производство в начале 1882 года налаживается на Гомельском сахарном заводе князя Паскевича, а позже переносится в Добруш. Во-вторых, чтобы не зависеть от уровня воды в Ипути, в середине 1880-х годов решается вопрос с установкой паровых машин, по общей мощности которых добрушское производство не будет иметь себе равных в Беларуси вплоть до начала Первой мировой войны. Благоприятным образом на деятельности фабрики сказывается проведение Николаем фон Мекком через Гомель Либаво-Роменской железной дороги, а потом в 1886 году казной — гомельско-брянского участка Полесских железных дорог. Если в 1878 году объем производства добрушской фабрики составляет 430 тыс. рублей, в 1879 году — 490 тыс., то в 1881 году оно приближается к цифре 550 тыс. рублей. «Фабрика развивалась очень быстро», — такое заключение делают эксперты минфиновского издания «Вестник финансов, промышленности и торговли…» в 1884 году, анализируя этапы и тенденции развития писчебумажной отрасли в империи. В 1882 году на Всероссийской промышленно-художественной выставке добрушская фабрика Паскевича удостаивается государственного герба — высшего знака отличия, присуждаемого торгово-промышленным предприятиям Российской империи. В 1896 году на всероссийском смотре достижений научно-технического прогресса в торговле и производстве в Нижнем Новгороде фабрика получает еще один герб.

Фото: radzima.org
«Орлы» добрушской фабрики. Фото: radzima.org

В начале XX века дирекция предприятия даже вынуждена предпринимать меры по защите торговой марки из-за увеличивавшихся фактов подделки добрушской бумаги. Но к этому времени первого промышленного акционерного общества в Беларуси уже не станет.

Петербургские партнеры князя с самого возникновения товарищества — это номинальные хозяева фабрики. В соответствии с учредительскими документами товарищество получит фабрику (вместе со всеми имевшимися к тому времени постройками и 330 десятинами земли) в арендное содержание до 1913 года. Хотя князь Федор Паскевич «не при должностях» ни в правлении, ни в дирекции, он полностью контролирует предприятие. Правление товарищества в С.-Петербурге размещается в его доме. Из 550 тыс. рублей уставного капитала князю принадлежит паев на сумму 500 тыс. рублей, тогда как прочим пайщикам — всего на 50 тыс. рублей. Как владелец контрольного пакета, Федор Паскевич всегда мог заблокировать любое решение других пайщиков. Довольный дивидендами (в среднем в 1880—1890-х годах их уровень составляет свыше 110 тыс. рублей в год), князь до поры до времени не вмешивается в непосредственное управление. Но в июле 1893 года он решает, что помощники ему больше не нужны, и выкупает у остальных пайщиков их доли. Вплоть до своей смерти в 1903 году князь Федор Паскевич будет единоличным собственником самого успешного белорусского писчебумажного производства.

В 1900 году объемы продукции фабрики вырастут до 1,6 млн рублей, на производстве занято свыше 900 человек. Специалисты отмечают, что добрушская фабрика «по достоинству и разнообразию изделий, своим обширным размерам, сумме производства, а также по своему техническому устройству… смело может быть поставлена в один ряд с первоклассными фабрично-промышленными учреждениями не только России, но и Западной Европы».

Менеджерский гений

Формулировка, с которой фабрику князя Паскевича в 1882 году отмечают на Всероссийской промышленно-художественной выставке, гласит, что она награждается «за превосходное качество и относительную дешевизну всех сортов изготовляемой бумаги при постоянном стремлении к усовершенствованию производства».

«Стремлением к усовершенствованию производства» на протяжении всей своей деятельности на фабрике, которая становится большей частью его жизни, отличается ее бессменный руководитель Антон Стульгинский.

Стульгинский возглавляет фабрику после ее акционирования. Он остается директором-распорядителем в 1893—1903 годах, когда она вновь переходит в единоличное владение князя Федора Паскевича. Антон Стульгинский сохраняет свою должность и при вдове и наследнице последнего, княгине Ирине Паскевич. При ней фабрикой управляет уже династия Стульгинских: техническим директором фабрики становится сын Антона — Г. Стульгинский.

Фото: Фота з сямейнага архіву Міхала Здраеўскага (Варшава) / Источник: http://gp.by © Правда Гомель
Антон Стульгинский. Фото: с семейного архива Михала Здраевского (Варшава) / Источник: http://gp.by © Правда Гомель

Советская историография представляет Стульгинского как верного наемника крупного капитала, который соответствующе своей должности и убеждениям относится к рабочему классу. В рамках серии «История фабрик и заводов» в 1970 году будет издана брошюра по истории Добрушского целлюлозно-бумажного комбината. В ней есть упоминание про Антона Стульгинского, который отличается только тем, что «не раз выгонял рабочих из своего кабинета, пренебрежительно называл их быдлом».

Советские исследователи рисуют ужасающие условия труда и оплаты на фабрике, царившие при Стульгинском. Напишет в своем идеологически выверенном стиле о добрушской фабрике и ленинская «Искра».

Труд рабочих на бумажных фабриках империи действительно очень тяжел. Для писчебумажного производства характерен один из самых длинных рабочих дней в промышленности. Рабочие заняты здесь по 12 часов в сутки (в 2 смены) и не работают только в Пасху, Рождество, на праздник Святой Троицы и в масляный пост. Несколько меньше работают (по 10,5−11 часов) в «дневных» отделениях сортировки и резки тряпья, сортировки бумаги, линовальном и упаковочном отделениях. Но и платят здесь, соответственно, меньше. Между тем именно Антон Стульгинский становится инициатором введения на фабрике, на одной из первых в промышленности Российской империи, 8-часового рабочего дня. В 1900 году он издает даже специальную брошюру, через которую знакомит всех с новой системой 3-сменной работы, которая должна, с одной стороны, увеличить производительность труда, с другой — облегчить жизнь рабочих. По его предложению рабочий день сокращается с 12 до 8 часов (при сохранении дневного заработка), а обеденный перерыв увеличен с 1 до 1,5 часа. Вводится строгое чередование выходов в ночные и дневные смены, рабочие получают время на обработку имевшихся у них земельных участков, что является значительным подспорьем для их домашних бюджетов.

Фото: Фота з сямейнага архіву Міхала Здраеўскага (Варшава) / Источник: http://gp.by © Правда Гомель
Сын Антона Стульгинского — Генрик. Фото: с семейного архива Михала Здраевского (Варшава) / Источник: http://gp.by © Правда Гомель

Изменения, произведенные Стульгинским, не только не уменьшают объемы производства, но и увеличивают их. Вскоре опыт добрушцев начинают брать на вооружение не только бумажные фабриканты.

Заслуга Антона Стульгинского — и постоянное техническое совершенствование производства. Перед войной общая мощность оборудования, установленного на фабрике, достигает 2,5 тыс. лошадиных сил. Ежегодное потребление на фабрике каменного угля составляет годичную добычу небольшой донецкой шахты — 1,5 млн пудов.

Антон Стульгинский будет директором до 1915 года. В этом году он скончается.

Гомельская вдова

Князь Федор Паскевич умрет в 1903 году и будет похоронен в родовом склепе в Гомеле. Все свои деньги, земли и имущества он завещает супруге — княгине Ирине.

Бездетная в браке княгиня Ирина рафинированному С.-Петербургу, скачкам в Лоншане и курортам Биаррица предпочитает уездный Гомель и общество больных, бедных, обездоленных, которым целиком и полностью посвящает остаток своей жизни. Коммерческие предприятия Паскевичей при ней выполняют роль источника финансирования разнообразных и многочисленных благотворительных проектов «нашей Ирины», как называют ее гомельские обыватели.

Фабрика, руководимая Антоном Стульгинским, является одним из главных этих источников. К началу войны она входит в шестерку крупнейших писчебумажных производств Российской империи. Добрушскую фабрику, на которой в 1913 году занято 1,4 тыс. человек и которая выпускает бумагу разных сортов на сумму 3 млн рублей, выделяет то, что среди гигантов российской бумажной отрасли это единственное крупное неакционерное предприятие.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY
Фабрика в Добруше сегодня. Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Предприятие имеет обширную сбытовую сеть в виде представительств — в Варшаве, Вильно, Киеве, Одессе, Елисаветграде, Ростове-на-Дону, Харькове. В Минске и Саратове продукцию фирмы продвигает один из крупнейших белорусских бумажных трейдеров, спичечный король Бер Соломонов. Кроме того, при фабрике имеются ремонтные мастерские, которые также привлекают заказы со стороны.

Когда в ноябре 1917 года власть в Гомеле перейдет к местному Совету рабочих и солдатских депутатов, престарелая княгиня Паскевич напишет дарственную новым властям и из роскошного особняка переселится в выделенную ей Советами комнатушку в обыкновенном жилом доме. Там она и скончается в апреле 1925 года. Добрушская фабрика, пережив оккупацию германскими войсками и администраторов из УНР и гетманской Украинской державы, будет национализирована Гомельским губсовнархозом в январе 1919 года.

Шкловские бумажники

Купеческие проекты составляют серьезную конкуренцию дворянским фабрикам.

Находящийся в орбите интересов рижского купечества Витебск в конце XIX века пытается сделать своей стартовой площадкой в бумажной отрасли владелец рижской фабрики конвертов, конторских книг и коробок Матиас-Генрих Киммель.

В 1898 году Матиас-Генрих Киммель обзаводится небольшой картонной фабрикой в Витебске и для привлечения ресурсов в ее развитие создает «Товарищество бумажной и картонной фабрики М. Г. Киммеля». Одним из его партнеров становится рижский банкир Павел Шварц, потом присоединяется пароходчик и лесопромышленник Роберт Эман. Но в разгар экономического кризиса необходимый объем капитала не удается собрать, долги фирмы превышают стоимость ее активов. И в 1904 году чрезвычайное собрание акционеров примет решение о ликвидации товарищества, его имущество будет продано для обеспечения требований кредиторов.

Успешней будет инициатива купца из династии игуменско-бобруйских лесо- и-хлеботорговцев — Овсея Черного. В 1902 году он объединяется с двумя минскими молодыми инженерами-технологами Иосифом Залкиндом и Гдалей Вильбушевичем, владеющими машиностроительным заводом и инжиниринговой конторой «Технолог». Втроем они выхлопочут у губернских властей разрешение на строительство фабрики для производства оберточной бумаги в Новоборисове — сегодняшней фабрики «Госзнака». В 1903 году она заработает, а в 1911 году на ней будет работать около сотни человек, которые производят продукции на сумму 130 тыс. рублей.

 Фото: wikipedia.ru
Родоначальник шкловской бумаги — экс-министр Аполлон Кривошеин. Фото: wikipedia.ru

Вторая по величине бумажная фабрика в дореволюционной Беларуси обоснуется в местечке Шклов в Могилевской губернии. Ее создаст в 1898 году местный землевладелец Аполлон Кривошеин, но своего расцвета предприятие достигнет при ее арендаторе купце Гурарии Горнштейне.

Первоначально в строительство фабрики, которая должна специализироваться на выпуске картона, инвестирует «Торговый дом Валленбургер и Ко». 245 тыс. рублей в ее капитал вкладывает гофмейстер Двора Его Императорского величества и экс-министр путей сообщения (в 1892—1894 годах) Аполлон Кривошеин. В 1894 году он будет со скандалом отправлен в отставку. Бывшего министра обвинят в «злоупотреблениях» — в отделке за казенный счет своей квартиры, в поставках леса для шпал из его имений и получении компенсации за то, что одна из утвержденных в его правление новых железнодорожных линий не минует его владения. Устав от обвинений и преследований Аполлон Кривошеин приобретет имение Шклов и переедет туда на постоянное место жительства. Еще 5 тыс. рублей в фирму вложит лесничий Григорий Валленбургер.

Фабрика будет введена в строй в 1901 году, но в 1902 году Аполлон Кривошеин скончается. Картонное производство и другие его активы достанутся вдове Марии Кривошеиной. Но ни у нее, ни у ее детей не будет большого желания заниматься бумажным бизнесом. Ее сын Константин и его германский партнер Генрих Вольгейм создадут «АО русского картонного и картонажного производства» для «строительства и эксплуатации в России картонных, картонажных, блехкаммерных (металлических скрепок) фабрик» и от его имени в 1906 году сдадут шкловскую фабрику в аренду украинскому купцу Гурарию Горнштейну.

Гурарий Горнштейн происходит из богатой бердичевской семьи, имеющей бизнес-интересы в лесной торговле, кожевенном, сахарном и бумажном производствах. Он является совладельцем нескольких лесоторговых точек в Киеве, кожевенного завода под Киевом, участвует в капиталах товариществ Турбовского и Лознянско-Литинского свеклосахарных и рафинадных заводов. Один из его братьев инвестирует в «Товарищество Малинской писчебумажной фабрики» — действующую с 1872 года фирму, которая производит продукции (папиросной, цветной и копировальной бумаги) почти на 1 млн рублей.

Фото: kalmikoffandkrevulinfamily.weebly.com
Шкловская писчебумажная фабрика. Фото: kalmikoffandkrevulinfamily.weebly.com

За годы действия арендного соглашения Гурарий Горштейн создаст на базе шкловской фабрики одно из крупнейших предприятий бумажной отрасли в северо-западном, юго-западном регионах и Польше. На фабрике монтируются и запускаются паровые и нефтяные двигатели общей мощностью 900 лошадиных сил. Перед войной здесь трудятся 400 человек — весьма значительная часть пролетариата Могилевщины. При Горнштейне шкловская фабрика начинает производить оберточную «финляндскую» и серую товарную бумагу, бумагу для сахарной и табачной отраслей, копировальную и альбомную бумагу. У предприятия появляется собственное производство древесной массы. В 1913 году объем выпуска достигает 1 млн рублей. Главные рынки сбыта — Киев и Варшава, в картеле с малинской фабрикой Гурарий Горнштейн продвигает шкловскую бумагу в С.-Петербурге, Москве, Одессе, Харькове и Гомеле.

В неспокойном 1914 году владельцы шкловской фабрики попытаются начать новый этап в ее истории — начнет функционировать «АО Шкловской писчебумажной фабрики». Но просуществует новое юридическое лицо менее трех лет — в декабре 1918 года фабрика станет собственностью государства рабочих и крестьян.

Ловьяновский проект

Еще один бумажный проект, который не может быть обойден вниманием, это суражская фабрика Янкеля Ловьянова.

Янкель Ловьянов — колоритная фигура гомельского делового мира. Он начинает как сборщик тряпья, выменивает его у обывателей за сладости, чай, кофе, глиняные свистульки и игрушки. Разнообразные текстильные отходы из хлопка или льна служат в самом начале развития бумажной промышленности сырьем для производства высококачественной бумаги. Бумаги, из которой производят банковские документы, акции и облигации, карты. Некоторое время, чтобы сохранить тряпье для отечественной промышленности, на него действует даже запретительная экспортная пошлина.

Янкель Ловьянов сам, конечно, не ходит по улицам городов и местечек — за него это делают старьевщики, которые привозят кипы тряпья на его оптовый склад и сортировочное заведение в Гомеле. На заре карьеры бизнесмен подрабатывает сбором кости, идущей на приготовление удобрений, а также продажей спирта и извести. Торгует Янкель Ловьянов и картоном с бумагой, которые берет в зачет у своих партнеров. К концу XIX века налоговые отчисления от многопрофильного бизнеса позволяют Янкелю Ловьянову записаться в с.-петербургские 1-ой гильдии купцы.

В 1905 году, вложив 200 тыс. рублей в торфяные разработки и кирпичный завод в имении Нижний Брилев в Гомельском уезде, бизнесмен учреждает «Товарищество Брилевских паровых кирпичных заводов и торфяной промышленности». Брилевский производственный комплекс по белорусским меркам — крупный субъект хозяйствования. В 1913 году на нем 65 рабочими производится свыше полуторамиллиона штук кирпича на сумму 20 тыс. рублей.

Но не торф и кирпичи сделают известной фамилию Ловьяновых в империи. В конце XIX века Янкель Ловьянов, впечатленный динамикой бумажной отрасли, вместе с сыновьями В. и Г. Ловьяновым открывает картонную фабрику.

Фото: pastvu.ru
Виды дореволюционного Суража. Фото: pastvu.ru

Предприятие размещается в городе Сураж — уездном центре соседней с Могилевской, Черниговской губернии. Последнюю связывает с Беларусь не только история и географическое соседство, но и тесные деловые связи. Крупные гомельские и бобруйские лесопромышленники осваивают лесные делянки Черниговщины. Белорусские банкирские бизнесы, такие как пинский банкирский дом И. и С. Лурье и гомельская банкирская контора Г. и И. Лурье, порой, монопольно предоставляют черниговским бизнесменам доступ к кредитным ресурсам.

В 1899 году Янкель Ловьянов на базе своего завода основывает «Товарищество Суражской бумажно-картонной фабрики Я. Г. Ловьянова». Правление фирмы находится в Гомеле, пайщиками фирмы становятся его сыновья и некоторые местные купцы. Капитал товарищества составляет полмиллиона рублей.

В первые годы своей деятельности суражская фабрика выпускает древесную массу, белый, бурый и желтый картоны, а также оберточную бумагу. В 1905 году, однако, происходит несчастье — в революционных пожарах этого года фабрика сгорает в буквальном смысле слова. Убыток товарищества составляет 140 тыс. рублей.

Янкель Ловьянов вынужден ради восстановления производства извлекать в него деньги из других проектов, что вызывает недовольство сыновей. На следующий год младшие Ловьяновы, не согласившись с главой семейства, временно отказываются от кресел членов правления. Но эта оппозиция не останавливает Ловьянова-старшего в намерении продолжать бумажный бизнес. Он находит ресурсы, продав свою земельную собственность в Сураже (свыше 35 десятин) новым пайщикам. Вскоре производство будет восстановлено. К началу 1910-х году фабрика вновь выходит на прибыльный уровень, и ее пайщики вскоре ставят вопрос об увеличении мощностей. В 1908 году чрезвычайное собрание рассматривает предложение о снятии в аренду дополнительного производства или покупки новой фабрики. В этом виде оно не проходит, однако Ловьянов и Ко придумывают другой путь. В 1912 году опять же чрезвычайное собрание пайщиков соглашается с необходимостью увеличения уставного капитала, а также выпуска облигаций, которые позволяют привлечь инвестиции без заклада основных фондов. В 1914 году правление переедет в С.-Петербург, самое товарищество будет преобразовано в «АО Суражских бумажных и картонных фабрик» с увеличением его уставного фонда. Перед войной детище Ловьянова выходит на объем производства в 800 тыс. рублей, число занятых на нем вырастает до 345 человек.

С приходом советской власти суражская фабрика будет национализирована, но еще до 1926 года останется в сфере интересов Гомеля: Сураж и переименованная в «Пролетарий» бывшая фабрика Ловьянова до этого года находятся на территории вновь образованной Гомельской области РСФСР.

Источник: www.tut.by